Третий муж («Пять мужей», гл. 6)

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Исаак у колодца

О третьем муже Самарянской женщины в Библии говорится многократно, причём, очень часто в неразрывной связи двумя предыдущими. Приведем самый яркий эпизод.

Когда Моисею впервые явился «ангел Господень в пламени огня из среды тернового куста», он представился так: «Я Бог отца твоего, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова»[i].

Немного о явлении Бога людям. Вовсе не случайно очень многие Великие учителя человечества не оставляли после себя свое учение в лично ими написанном виде. И не только потому, что сакральное знание в его самой главной — сокровенной части — это, в том числе, и великая сила. И его необходимо беречь от духовно незрелых, подобно тому, как младенцам, для их же пользы, не следует позволять баловаться с огнестрельным (да и холодным) оружием. Но и потому, что величие настоящих Учителей явственно проявляется в силе их духа, творящего «великие чудеса и знамения» и проявляющегося в первую очередь при личном общении. В том числе, посредством передачи ученикам части своей силы, а также духовного знания, причем последнего — в интегральной форме, постигаемого сразу в его целостной и неискаженной форме.

Любые же священные тексты есть по своей сути расчленение сложнейших и зачастую непостижимых обыкновенному человеческому уму духовных реалий на отдельные понятия и их связи между собой, а затем их адаптирование, перевод на понятный людям человеческий язык. Не является в этом смысле исключением и Библия. С целью упрощения постижения неведомых дотоле никому из людей сложнейших вещей, процессов и принципов устройства духовного мира в ней широко применяется такой прием, как близкий, понятный людям антропоморфизм.

Между тем, такое упрощение, искусственное превращение «твёрдой пищи» в «молоко»[ii], которое можно давать и «духовным младенцам», имеет побочный эффект. Вернёмся к указанному выше описанию знаменательного духовного опыта Моисея, положившего начало новому и главному сорокалетнему этапу его жизни – выполнению им своей духовной миссии по выводу «Израиля» из «Египта»: освобождению верующих от рабства поклонения Мамоне.

Прямым текстом здесь сказано, что перед Моисеем предстал не Самолично Бог в традиционном для нас понимании этого понятия, но явился «ангел Господень в пламени огня». Говоря языком современным человеческим, Его доверенное лицо, уполномоченный посланник. Однако в сознании людей это однозначное указание ощутимо меркнет и теряет свое значение (внимательно проверьте себя! – Г.Б.) от соседства со следующими величественными словами: «Я Бог отца твоего, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова... Я есмь Сущий [Иегова][1]». На ум сразу же невольно приходят воспоминания первых глав Книги Бытия — наиболее символьной и поэтому антропоморфной во всей Библии, и в сознании возникает картина жизни первых людей в Эдемском саду и их прямое общение с гуляющим по нему Богом. Сбивает с толку и многократное употребление слова «Бог», причем, от первого лица: «Я Бог…».

Однако это ничуть не отменяют того чётко и однозначно указанного факта, что Моисею явился именно «ангел Господень в пламени огня». То есть отнюдь не Бог («Бога никто никогда не видел»[iii]), но некая небесная духовная сущность, имеющая в данном случае полномочие передавать повеление Бога от Его имени прямой речью, от первого лица. Упоминания о таких и иных могущественных духовных сущностях в Библии довольно часто встречаются и в других местах, где они именуются тем же словом «бог», но со строчной буквы: бог, боги, богов[iv].

Особого внимания для правильного постижения духовного смысла требует и начало представления ангела Господня (не являющегося, подчеркнём, Богом). В орфографии Синодального перевода РПЦ оно выглядит, как «Я Бог отца твоего». Однако тот факт, что Моисею предстал не Бог Самолично, но «бог», позволяет духовному зрению прозревать, что и за словами «отца твоего» нужно видеть нечто иное, нежели простое упоминание биологического родителя. Знаковым здесь является употребление слова «отец» в единственном числе, при том, что затем, передавая повеление «сынам Израилевым» ангел Господень будет употреблять формулу «отцов твоих»[v]. Это приоткрывает духу завесу скрытого. Какой отец во всём нашем мире является единственным? Отцов всего и всех Кто является?

Правильно, Первотворец, Создатель рода человеческого!

Отсюда понятно, что явившись Моисею, общаясь с ним напрямую, во втором лице, ангел Господень вначале представил себя тем, кем он был на самом деле — могущественной духовной сущностью: «Я – бог». А затем назвал Того, Кем он послан: «Отца (Творца, Создателя) твоего». Когда же ангел Господень стал упоминать отсутствующих третьих лиц, он представлял себя в качестве Бога: «Я… Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова». И никакого противоречия здесь нет.Ибо, будучи посланником Бога, говоря от Его имени в первом лице, ангел Господень для всех патриархов, включая и Моисея, по сути, и являлся Богом: «Бог сказал Моисею: Я есмь Сущий… Сущий [Иегова] послал меня к вам».

Теперь вновь обратимся к прочтению представительского обращения в его полноте: «Я бог Отца твоего, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова...». Читая эти слова, верующие обычно обращают много внимания не только на слово Бог, но и на приведенные имена патриархов. И воспринимают их в виде некоей исторической шеренги, все члены которой, выстроенные по родовому старшинству, каждый в свое время имел особые взаимоотношения с невидимым людьми («Бога никто никогда не видел»[vi]) Богом. При этом молчаливо подразумевается, что с Одним и Тем же. Разные люди, патриархи с одной стороны и Один и Тот же неизменный Бог — с другой.

Отчасти это верно, но не более того. Ведь даже обыкновенный человек выглядит и ведёт себя иначе, совсем разный в печали и в гневе, в любви и ненависти, внезапно разбогатев и в полном обнищании… И в этом смысле в разных обстоятельствах является разным человеком. В данном случае «является» суть не синоним глагола-связки «есть», но глагол, отражающий процесс явления себя — своей внешности и своего внутреннего мира (проявления его) — вовне, окружающему миру.

Что уже говорить о Боге. Его естество необъятно и до конца непознаваемо ни духом, ни разумом, ни сердцем. Любые явления Его людям — это лишь бесконечно малое, слабое отражение какой-либо Его ипостаси, определенной эманации, число граней, аспектов которых неисчислимо для ума человеческого. Если бы знание о Боге и особенности служения ему (вероисповедание) были одинаковым у всех патриархов, то не было бы никакой необходимости перечислять их, достаточно было бы назвать имя одного – первого. Многократное повторение слова Бог перед именем каждого патриарха не призвано и подчеркнуть Его постоянство — Бог в этом не нуждается. Однако отнюдь не лишне и не избыточно.

Свет знания об открывании правды Божией от ВЕРЫ в ВЕРУ[2] позволяет видеть, что три последовательных упоминания слова Бог в неразрывной связи с именами разных патриархов объясняются непрерывным процессом духопознания. И указывают на последовательное Самооткрывание Себя патриархам Тем, Кто в Библии называется словом Бог. На то, что открытие Создателя (Бога) каждому из патриархов, и понимание Его каждым из них, их вероисповедание разнилось чем-то специфическим и весьма существенным образом, было новой ступенью в Его постижении. Не о шеренге равноудаленных патриархов, но об иерархии их, о спиральной лестнице в небо, на разных ступенях которой они находятся, говорит этот настойчиво повторяемый реестр патриархов и повторение перед каждым именем слова «Бог»!

Напомним, что Апостол Павел прямо говорит о вероисповедании по Аврааму: «...ходящих по следам веры отца нашего Авраама».

Что «Иаков пошёл путём своим».

Свою лепту в дело эволюции духопознания внёс и Исаак. Впрочем, христианам о его духовном вкладе известно мало. Совершенно иное, уважительно-почитающее отношение к Исааку у иудеев и мусульман. Согласно их преданий, Исаак был «один из трёх, не имевший греха», и «один из шести, над которыми ангел смерти был бессилен». Считается, что Исаак является «заступником за потомков своих, родившихся от него, как по плоти, так и по духу»[3]. Предания говорят и о том, что три патриарха Авраам, Исаак и Иаков установили молитвы, привязанные ко времени дня, каждый — свою: Авраам — утреннюю[4], Исаак —послеполуденную, а Иаков — вечернюю, совершаемую с появлением звезд на небе. Эти же патриархи считаются олицетворениями трёх добродетелей: Авраам — веры, Исаак — надежды и Иаков — любви. Они же — отдельно, независимо друг от друга — являлись сторонами при заключении заветов с Богом, Который подтверждает, что вспомнит: «завет Мой с Иаковом, и завет мой с Исааком, и завет Мой с Авраамом». И они же (а не только Авраам!) имеют «своё», «собственное» лоно в Царстве небесном[vii] — предназначенное, надо полагать, для тех праведников «с востока и запада», которые поклонялись Богу, следуя установленным ими канонам, соответствующим уровню духопознания и правилам праведной жизни их времени.

В Библии обращает на себя внимание знаменательное замечание духовного прародителя сынов Израилевых Иакова отцу своей любимой жены Лавану: «Если бы не был со мною бог Отца моего, Бог Авраама и страх Исаака, ты бы теперь отпустил меня ни с чем[5]» (не позволил бы уйти со мной моим ученикам и последователям). При заключении соглашения о невмешательстве в духовные дела друг друга также была упомянута эта важная морально-духовная категория: «Бог Авраамов и Бог Нахоров да судит между нами, Бог отца их. Иаков поклялся страхом отца своего Исаака».

По всей видимости, в данном случае имеется в виду тот «страх Господень», который суть «начало мудрости»: «страх Господень научает мудрости, и славе предшествует смирение»[viii]. Зиздовской части современного человечества, живящему в либералистическом обществе, поклоняющемуся идолам нигилизма и индивидуализма понять это трудно. Однако наблюдая за тем, что творится ныне в странах еще недавно считавшимися христианскими, в какую погибель они катятся, понимание предупреждающего и лечащего страха Господня приходит уже ко многим их коренным жителям, не столь одурманенным влиятельными «независимыми» СМИ — этими оголтелыми зиздовскими рупорами пропаганды.) Как следует из контекста, страх Исаака уберегает от совершения неблаговидных поступков, от умножения зла на Земле, вложением в человеческое сознание понятие греховности тех или иных действий, неминуемо наказуемых впоследствии свыше (или, говоря на индийский манер, —осознание действия непреложного закона кармы.

Не забудем упомянуть также пророка Амоса, который говорит о высотах Исаака[ix]. Заметим, что первое упоминание в Библии о воде живой связано отнюдь не с именем Христа, но с именем Исаака. Его «рабы» «нашли… колодезь воды живой»[6]. Именно Исаак «вновь выкопал… колодези воды, которые выкопаны были во дни Авраама, отца его, и которые завалили Филистимляне по смерти Авраама». Это упоминание о «воде живой», о других, выкопанных колодцах, где и явился Исааку Господь, где устроил он жертвенник и «призвал имя Господа»[x] — лишний раз указывает, о каких колодцах, включая и «колодезь Иаковлев» идёт в Библии речь в указанных случаях; что можно почерпнуть из них, если всем сердцем жаждать воды, которая «сделается… источником воды, текущей в жизнь вечную»…

Таким образом, можно именовать трех «мужей» Церкви человеческой, олицетворённой Самарянской женщиной, пришедшей к «колодцу» (т.е. в храм за духовной пищи для себя и своего семейства), которой Христос предложил дать «воду живую». Их звали Авраам, Исаак, Иаков.

 

[1] Исх. 3:6, 14. Имя "Иегова" можно также перевести следующим образом: "Я есть, кто Я есть" или "Я всегда буду тем же, Кто сейчас"; "он причиняет быть" или "причинит быть".

[2] См. гл. 4 «Что такое муж?».

[3] Обычно Авраам, Исаак и Иаков упоминаются вместе. В Ис. 63:16 Авраам и Иаков (Израиль) есть, а отсутствие прямого упоминания об Исаака "объясняется тем, что он скрыт под именем "Искупитель наш"".

[4] Иные источники утверждают, что утреннюю молитву ввёл Исаак.

[5] Орфография автора – Г.Б.

[6] В отличие от русской традиции на Ближнем Востоке в ходу чисто утилитарное понимание понятие «живая вода». Так обычно называют источник проточной воды. Однако это же понятие имеет в Библии и иной — духовный — смысл. Яркий тому пример — рассматриваемая глава Евангелия от Иоанна.

 

[i] Исх.3:2,6.

[ii] 1 Кор.3:2

[iii] 1 Иоан. 4:12.

[iv] См. например, Быт. 3:5; Исх.18:11, 20:2,3; 23:13-16; Чис. 25:2,3; Втор. 3:24; 4:7,34; 8:19, 32:37,38; Суд.2:3; 4 Цар. 19:18; 2 Параметр.28:22-25; 32:15; Авв.1:2,11,12…

[v] Исх. 3:14,15.

[vi] 1 Иоан.4:12.

[vii] Лев. 26:42, Мф. 8:11.

[viii] Быт. 31:42,53; Пс. 110:10, Пр. 15:33.

[ix] Ам. 7:9.

[x] Быт. 26:18, 19, 22, 24, 25.

(Продолжение следует)

© 2017, Геннадий Благодарный. Все права защищены. Использование в СМИ разрешается только с согласия автора.

Добавить комментарий

Запрещается использование нецензурных и хамских выражений, использование комментариев для рекламных целей.


Защитный код
Обновить

>