Лестница в небо

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Апокалипсис или Откровение[1] Святого Иоанна Богослова - последняя по времени создания из 66 канонических книг Библии. Написана она в 90-х годах от Рождества Христова на о. Патмос, где Его любимый ученик находился в ссылке "за слово Божие и за свидетельство Иисуса Христа"[i]; содержит пророчества о конце света и вот уже более 1900 лет является объектом само­го пристального внимания мыслящего человечества...

Её часто и охотно читают, толкуют, причём не только верующие, но и любопытствующие, ибо  не знать Апокалипсис – равнозначно тому, чтобы расписаться в недостатке образованности. Между тем даже в этой столь известной популярной книге есть целые главы, незаслуженно обойдённые вниманием.

Конечно, первая глава полна величественных эпитетов, Того, Кто предстал в видении перед Апостолом – Иисуса Христа ("Который есть и был и грядет… есмь Альфа и Омега, начало и конец… Вседержитель"), захватывающих описаний подробностей Его явления  любимому  ученику. А,  начиная от четвертой главы и до конца, Откровение поражает впечатляющими картинами космологии, пророчества конца света. И лишь  вторая и третья главы как бы выпадают из контекста эсхатологии, "понижаясь"  до уровня  едва ли не "бытового" назидательного обращения к далеко не безгрешным верующим семи общин  в  соседней Патмосу Асии.

Однако эта вроде как инородная ставка, своего рода клин между вселенского масштаба введением и такого же значения   основным содержанием Откровения совсем не случайна и вовсе не "приземлена" – но, как и всё в Священном Писании, несёт в себе глубочайший духовный смысл. Признанные толкователи призывают рассматривать послания, по крайней мере, в четырёх аспектах: "1) Как обращение к местных церквям,  которым  они фактически, и адресованы. 2) Как предостережение всем церквям, на все времена, как средство испытания ими своего духовного состояния в очах Божиих. 3) Как личные, увещевающие, послания к "имеющему уши!" и,  одновременно несущие обетования "побеждающему". 4) Как пророческие послания, раскрывающие семь стадий духовной истории церкви (церквей)".

Ч.И. Скоуфилд, который по его собственному признанию отсеял и освидетельствовал  "огромное количество комментариев, недоступных рядовому читателю" и чья цитата (с его выделением) приведена выше, в согласии с совокупным мнением многих учёных и исследователей Библии считает, что наиболее завершённым в Посланиях выглядит четвертый аспект – "предвидение всей духовной истории Церкви (церквей)", которая расшифровывается следующим образом (приведу ещё одну цитату полностью).

"Ефес отражает общее состояние церквей в момент написания послания; Смирна символизирует период сильного гонения. Пергам – церковь, основание которой положено в мире – там, где "престол сатаны" (это может быть отнесено ко времени обращения Константина, скажем, к 316-м году н. э.). Фиатир – это период папства, развившегося из состояния, в какое впала Пергамская церковь: восторжествовали учения Валаама (светская традиция) и Николаитов (принятие священства). Подобно тому, как Иезавель ввела идолопоклонство в Израиле, Римское католичество объединило христианское учение с языческими церемониями. Сардис – это протестантская реформация, дела которой не были "совершенны". Филадельфия – всё, что ясно свидетельствует о Слове и об Имени во времена исповедания, довольного собой, которое  представлено Лаодикией".

Между тем, не менее, если не более завершённым в Посланиях является указанный выше третий – личностный, увещевающий аспект – обращенный к "имеющим уши" и несущий обетование побеждающему. На этом аспекте  акцентирует внимание и всемирно известный современный евангелист Билли Грэм в ярко написанной и посвященной толкованию первых шести глав Апокалипсиса книге "Четыре всадника".  Ему было открыто, что эти Послания, взятые каждые по отдельности, могут быть применимы к вполне определённой ситуации и духовному состоянию, в котором находится тот или иной верующий.   Впрочем,  и Б. Грэм основной упор делает на общецерковные вопросы, которые  "любой церкви  приходится решать индивидуально" (он разбивает послания на три группы: "Ефес и Лаодикия; Пергам, Фиатира и Сардис; Смирна и Филадельфия").

Однако божественная глубина Посланий проявляется ещё и в том, что не только отдельные, но и все они могут, в принципе, быть применены к каждому верующему, но на определённом этапе его духовного состояния. А все вместе взятые они образуют целостную законченную картину: своего рода инструкцию на все случаи жизни, состоящую из описаний духовных достижений верующих; противостоящих, преодолённых или только поджидающих впереди трудностей, а также  наград за преодоление их. При этом последовательность Посланий и разделение их на главы прообразует   лестницу духовного возрастания доступного каждому: от начального этапа прозелитства, до полной победы и восседания с Господом на престоле Его!

И поэтому вторая и третья глава Апокалипсиса ничуть не выпадают из эсхатологического величия Откровения Святого Иоанна Богослова, но является необходимейшей и важнейшей его составляющей частью, обращённой ко всем живущим и сейчас, – наставляющей, как во всеоружии подготовиться ко второму Пришествию, дабы не быть брошенными "в озеро огненное", "во тьму внешнюю", где "будет плач и скрежет зубов", но сподобиться участия "в воскресении первом", при котором "смерть вторая не имеет власти", увидеть "новое небо и новую землю… святый город Иерусалим, новый, сходящий от Бога с неба, приготовленный как невеста, украшенная для мужа своего" (Отк. 20:6, 15; 21:1, 2; Мф. 22:13,14). Более того,   именно вторая и третья главы Откровения являются  наиважнейшими из всего Апокалипсиса! Наиважнейшими для людей. Ибо человеку не дано изменять Божьи планы касательно будущего Земли, обновления мироздания, но он может и должен стремиться и прилагать все усилия, дабы изменять себя, свою несущую   отпечаток первородного греха натуру – а значит, волен и избирать себе Судный приговор.   И печати, и всадники, и трубы, и язвы, и чаши гнева, и брань с Диаволом, и смерть вторая –  всё это в высшей степени  грандиозно, впечатляюще, завораживающе. Но  это - не главное, не самодовлеющая цель. Это – всего лишь   финальный аккорд драмы человеческой истории, "старой" истории – "детоводителя" к  новой: под "новым небом" на "новой земле". Это   хотя и самая важная в жизни каждого "экзаменационная сессия", по результатам которой будут отобраны достойные новой жизни, –   но окончательная оценка будет определяться  исходя из зачётов, сдаваемых в течение всей  текущей жизни – дарованной и проведённой на сей грешной несовершенной  земле...

И полные любви и назидания Послания к Ангелам семи Церквей во-первых, подбадривают верующих, устами любимого ученика Господа удостоверяя то, чего они добились. Во-вторых,  предупреждают и предостерегают от того, чего им опасаться и избегать. И, в-третьих,  наставляют как возрастать и достичь окончательной победы над личным драконом и сесть победителем на престоле Господа.

И именно поэтому Послания адресованы не к руководству или к общине в целом, не к отдельно или совокупно взятым, конкретным людям, но к Ангелам Церкви:  тому незримому духовному её покровителю,  который  изнутри,  – а не формально и  ритуально,   – помогает отражать беспрестанные изощрённые атаки  лукавого, поддерживает и хранит Веру. При чём  не ту, не в немалой степени   частную, веру отдельных людей, несущую на себе  несмываемый отпечаток индивидуальности. Но  Веру соборную, объединяющую разнородную массу верующих церкви в единое духовное тело. Выбор именно этой формы обращения явственно говорит о  широком и глубоком духовном значении и смысле Посланий, указывает на  их всевечность,   универсальность и непреходящую насущность в любой момент  настоящего предбытия,  обращённость к любому из  устремлённых к Богу и  употребляющих усилия восхитить Царство Небесное.[ii]

Потщимся же сделать ещё один шаг на долгом трудном, но открытом для всех и славном пути к Господу: трепетно возьмём в руки  Слово, духовными очами[iii] прочтём обращённые ко всем нам  бессмертные, идущие из глубины веков Послания, постараемся услышать, что говорит Дух.

"Ты много переносил и имеешь терпение, и для имени Моего трудился и не изнемогал. Но имею против тебя то, что ты оставил первую любовь  твою. Итак, вспомни, откуда ты ниспал, и покайся, и твори прежние дела" (От. 2:1 – 4, 7).

Ефесская церковь образно символизирует первую ступень на пути к Господу Богу – очень трудную и важную. Живший, а точнее, заживо умиравший во грехе, – истинно, глубоко уверовал, много потрудился и претерпел, превознёсся (отделился, стал выше) над привычной суетой мира, выказал твёрдость в вере, отвергнув искушение лжеучениями. Но, как это, к сожалению,   встречается сплошь и рядом, беда и вина его в том, что прежнее начальное рвение неофита исподволь, незаметно оставило его. И  пылавший прежде огонь любви угас и уже не полыхает жарким пламенем,  с гулом и треском разбрасывая вокруг снопы искр,  но, колеблясь на ветру жизненных невзгод, испытаний, искушений и усыпляющей рутины, лишь тускло тлеет. То, высвечивая робким пламенем самые отдалённые потаенные уголки души, то погружая их во мрак,  давая возможность "семи духам злейшим" найти впавший в духовную спячку дом "незанятым выметенным и убранным… и бывает для человека того последнее хуже первого"[2] (Отк. 2:2-7, Мф. 12:44:45).

А посему ни в коем случае нельзя угашать первую "юношескую" или "девичью" любовь Бога – и ослаблять рвение. Необходимо изыскивать силы постоянно  подпитывать религиозный пыл и вновь и вновь воспламенять в себе первую любовь. И если такие усилия беспрестанно прилагаются, то – верен Тот, "Который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение", - в таком случае Он  не замедлит придти на помощь и наградит побеждающего: наполнит силою Духа Своего – даст "вкушать от древа жизни, которое посреди рая Божия" (Отк. 2:7, 1 Кор. 10:13).

"Знаю твои дела, и скорбь, и нищету, – впрочем, ты богат… Не бойся ничего, что тебе надобно будет  претерпеть. Вот диавол будет ввергать из среды вас в темницу, чтобы искусить вас… Будь верен до  смерти, и дам тебе венец жизни… побеждающий не потерпит вреда от второй  смерти" (От. 2:9 – 11).

Послание к Смирнской церкви символизирует испытание веры куда более серьёзное, для человека плотяного – драматическое:  речь уже идёт  об отказе не просто от образа жизни прежнего ветхого человека, но, при необходимости, –  от самой жизни. Готов ли верующий во имя Его пожертвовать ею, или она – ближе, дороже сердцу, и истинным богом для  испытываемого является его бренная плоть? Такова ли вера, что она нелицемерно, искренне предпочитает "вечное, но невидимое, временному, но видимому"?

Когда этот вопрос стоит предельно обнажено – не в гипотетической перспективе, но как жестокая альтернатива: отречься от жизни ради Господа или от Господа ради жизни?    – всякий ли способен найти в себе  достаточно веры, чтобы  не предать Его, но  продолжать нести добровольно возложенный духом на себя   крест и следовать за Ним,  пренебрегая сбережением души в жизни этой недолговечной, но данной, ради сбережения её в жизни вечной, но будущей?[iv] 

Однако велика – "во сто крат" – награда тому, кто будет "верен для смерти": он получит "венец жизни… не потерпит вреда от второй смерти" – станет одним из тех немногих, достойных жить на новой земле под новым небом. Где "отрёт Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будут уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет; ибо прежнее прошло" (Мф. 19:29, Отк. 2:10,11; 21:1-4).  

Пергамская церковь подразумевает испытание духа  ещё более тяжкое -  жизнь "там, где престол сатаны… в те дни…где живёт сатана", или,  как сказано в другом месте, – когда "сам диавол в сильной ярости" сойдет на землю и дано будет "ему вести войну со святыми и победить их" (Отк. 2:13, 12:12; 13:7). 

Те, которые и в этом  случае не поклонятся "зверю, ни образу его" и  не примут "начертания на чело своё и руку свою" – в награду получат "сокровенную манну… и белый камень и на камне написанное новое имя, которого никто не знает, кроме того, кто получает":  сокровенные, ныне скрытые от живущих на земле духовные знания, включая новый Закон и новое Имя. Доказавшие свою верность посвященные возымеют честь быть "священниками Бога и Христа и … царствовать с Ним тысячу лет… Над ними смерть вторая не имеет власти". Жить они, как и верные "смирнцы" будут вечно  (От. 20:4-6).

Фиатирская церковь – это, в первую очередь, обобщённый образ служителя Господа: того, кто не ограничивается только личным спасением и духовным возрастанием, но, чувствуя в себе призвание и силы, посвящает всего себя исполнению повеления научить "все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа". Заслуги такого служителя – которым, в той или иной мере, должен быть всякий верующий! – велики и превышают допущенные прегрешения, так что Господь говорит: "Знаю твои дела, и любовь, и служение, и веру, и терпение твоё, и то, что последние дела твои больше первых" (Мф. 28:19, От. 2:19).

Но на пути беззаветной, самоотверженной миссионерской или даже рядовой евангелизационной деятельности (которой, согласно известным словам Христа,[v] не имеет права чураться ни один истинный верующий), затаился и подстерегает свою жертву коварный подводный камень: соблазн попытаться вознестись над неграмотными, темными в вере людьми, выставить себя непогрешимым знатоком Слова Божия, единственно верным толкователем Его. А это уже чревато гордыней, превозношением и даже домогательством представить себя существом высшим, пророком, жаждать чуть ли не обожествления собственной персоны (как мы, к сожалению, знаем, среди церковных иерархов такое случается). Другая опасность – взятие на вооружение известной сатанинской формулы: "цель оправдывает средства" –  неразборчивость "ради вящей славы Божьей" в выборе методов действия, сознательное искажение Его Слова,  привлечение и использование самых лукаво изощренных и извращенных приемов, частично или полностью противоречащих духу учения – и, в итоге, вместо блага несущих зло.

Поэтому Господь, который  "есмь испытывающий сердца и внутренности",  единственный раз, обращаясь ко всем церквям (а  не к Ангелам их) одновременно ("уразумеют все  церкви"),  строго предупреждает: "воздам каждому из  вас по делам вашим",   остерегайтесь, отвращайтесь от "так называемых глубин сатанинских… только то, что имеете, держите, пока приду".  Ему, судящему "помышления и намерения сердечные" важно не только ради Кого, но и как делается, что творится внутри самой церкви (От. 2:23-25, Евр. 4:12).

Те же, кто достаточно мудр, чист и твёрд, чтобы избегать этих искусов,   "кто побеждает и соблюдает дела Мои до конца, – возвещает Он, – тому дам власть над язычниками, И будет пасти их жезлом; как сосуды глиняные, они сокрушатся… и дам ему звезду утреннюю" (От. 2:26, 27). 

Слова о "власти над язычниками" и, особенно, о "сокрушении жезлом железным, как сосудов глиняных" способны смутить  многих: вызвать непонимание и даже  инстинктивное отторжение. Другие же претыкались и претыкаются об эти слова, понимая их превратно – буквально: как призыв "железом" ("огнём и мечом") обретать власть над язычниками (и не только ними!), насилием загоняя их в "христианство", причём непременно только своей конфессии, почитаемой единственно истиной. Подобных примеров в  истории, к сожалению  – тьма. Но можно ли извратить подлинное христианство сильнее, существеннее, лукавее и тлетворнее?  Сошёл ли Он  во славе и могуществе? пребывал ли царём, восседающим среди великолепия и роскоши? Или же произошёл и жил среди народа, приобретал учеников покровительством Божием, проявлениями Духа, верностью Слову, любовью и мудростью и открыл человечеству путь к спасению Своей жертвенной смертью на кресте?

И в послании Ангелу Фиатирской церкви повествуется о власти не внешней, земной, на насилии основанной и часто, по сути дела,   формальной – действенной лишь в условиях явленной силы или угрозы её применения и постоянного надзора. Но о власти воистину реальной и настоящей, действующей всегда и везде – власти силою слова Божия, которое  "живо и действенно и  острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные"; власти  влиять на души неверующих в Верного и Истинного, перерождая их свыше.  "Как сосуды глиняные" сокрушать их выстроенные на песке лживые или ошибочные духовные   построения, "жезлом железным" разбивать панцири неверия и невежества – и обращать в истинную   глубокую и  непоколебимую веру. И только добившиеся такой – сугубо духовной – власти над язычниками – "обратившие многих к правде" – получат "звезду утреннюю" и  будут сиять "как звезды, во веки, навсегда" (От. 2:28,  Дан. 12:3).

И на описании этой ступени служения Господу кончается вторая  глава,  посвященная уровням духовности хотя и высоким, но всё же  сравнительно легко доступным – хватало бы рвения! – и потому достигаемыми многими. Третья же, оставляя дольнее,  устремляется в высоты заоблачные.

Послание к Ангелу Сардийской церкви написано от имени имеющего "семь духов Божиих и семь звезд",  слова Его в высшей степени уважительны, лишёны бытовых мелочей и  полны высокого пафоса – но пафоса обличения: "Знаю твои дела; ты носишь имя, будто жив, но ты мёртв. Бодрствуй и утверждай прочее близкое к смерти; ибо Я не нахожу, чтобы дела твои были совершенны пред Богом моим. Вспомни, что ты принял и слышал, и храни и покайся. Если же не будешь бодрствовать, то Я найду на тебя, как тать, и ты не узнаешь, в который час найду на тебя". И этот суровый пафос, вкупе с обещанием великой награды достойным ("Есть несколько человек, которые не осквернили одежд своих и будут ходить со Мною в белых одеждах, ибо они достойны. Побеждающий облечётся в белые одежды; и не изглажу имени его из книги жизни, и исповедаю имя его пред Отцем Моим")[vi]  говорит о том, что  адресат этого Послания –  сердца тех, кто величайшей духовной мудростью, праведностью долгого служения Господу, непорочностью образа жизни сумел стать земными столпами веры, истинными духовным лидерами. И пусть никого не смущают эти высокие слова: разве кто-то изначально не достоин их? Разве запрещено кому-то отвечать им? Более того, не всем ли искренне верующим должно ревновать о подобной духовной высоте? Быть или  прилагать все усилия, чтобы стать таковым – не это ли духовная обязанность любого любящего Христа? Как сказано: "Будьте совершенны, как совершенен Отец ваш Небесный" (Мф. 5:48).

Указанная великая честь – исповедание имени человека пред Отцем всех может быть оказана лишь тем, кто имеет огромные заслуги, достижения и достоинства. Однако  именно это – превосходящая всех живущих мудрость, общепризнанная праведность, святость образа жизни – в совокупности своей и являются скрытым и смертельно опасным камнем преткновения. Ибо здесь таится соблазн: даже не то, чтобы уверовать в собственную непогрешимость – это гордыня, грех явный и великий, - но, довольствуясь достигнутым, чуть ослабить рвение, "капельку" успокоиться, разрешить себе небольшую передышку.

То есть   застыть в духовном развитии, Но духовный   покой, духовное самоуспокоение -  это духовная смерть. Кажется, ничего не изменилось: ты по-прежнему "носишь имя, будто жив… но ты мёртв". Был жив, но умер: позволив себе крошечную поблажку –   сразу же ниспал с высот небесных в прах. Ибо на пути к Богу нет привалов, удобных и безопасных мест отдыха, где можно расслабиться, перевести дух, позволить себе маленькие поблажки и "на время" пойти на поводу "простительных" слабостей.  Восхождение на пик духовный схоже  с подъёмом на физическую вершину:    чем выше, чем ближе к вершине – тем больше света, тем ярче солнце, – но тем круче и тяжелее подъем.  А потому, тем неустаннее, бдительнее, зорче и мудрее требуется  бодрствовать,   дабы не оступиться; тем стремительнее и болезней падение успокоившегося и расслабившегося.

Однако когда придёт день и час, о которых "никто не знает, ни Ангелы небесные, а только Отец Мой один" – то на весы положены  будут не прежние заслуги и высшие, "рекордные" достижения.  Не то, как много было вмещено и какие духовные высоты были некогда покорены.  Но настоящее духовное состояние:  каковы сила любви, ревности по Богу, чистота сердца и души именно в этот час, о котором "не думаете". И тогда "многие же будут первые последними, и последние первыми" (Мф. 24:36, 44; 19:30).  

И дабы из первых не стать последними – бережно храни, - повелевает Слово "что  ты принял и слышал" и неустанно бодрствуй. И сколько бы не вымел скверны из души, как бы не очистился, не переродился свыше, памятуя, о том, что благ только Бог,[vii] – непрестанно кайся и "утверждай прочее близкое к смерти". Ибо никто из живущих на этой земле не свободен  от того, чтобы о нём нельзя было сказать: "Я  не нахожу, чтобы дела твои были совершенны пред Богом Моим". 

Те же, кто не осквернит "одежд своих" – кто сможет, будучи "первым", преодолеть и необычайно  коварные искусы самоуспокоения и самоосвящения – присоединятся к тем избранным, которые удостаиваются великой чести быть лично представленными Господу Богу, находиться у Его престола "и перед Ангелами Его"  (Отк.   7:9, 13-17).

Послание к Ангелу Филадельфийской церкви –  одно из двух,     в котором  нет укоров. Ибо, как и  Смирнское, посвящено  земному, пёрстному человеку, пребывающему  в ситуации  необычайно  трудной, предельно опасной для его жизни: немощному ("ты не много имеешь сил") и живущему в юдоли мрака и зла (среди "сатанинского сборища"). Но который смог увидеть за открытой ему дверью ("Вот,  Я отворил пред тобою дверь") Путь Истинный и не позволил ей ни прикрыться с ржавым скрипом, ни быть захлопнутой врагом, но "сохранил слово Моё, и не отрёкся имени Моего". Который превозмог долгий тернистый путь, успешно преодолел все испытания и достиг финишной прямой: возможности прямого общения со Святым, Истинным, Который приготовил достигшему лавровый венок победителя,   а в награду за уже совершенное – "избавил "от годины искушения, которая придёт на всю вселенную, чтоб испытать живущих не земле" (Отк. 3:8,10,11; см. также 12:12; 13:1-7).

Однако поскользнуться, позволив похитить предназначенный венец, можно и на последних метрах. А потому сказано: "Держи, что имеешь, дабы кто не восхитил венца твоего". Тот же кто не преткнется и на финише, заслужит награду, далеко превосходящую любое земное представление и понимание: "Побеждающего сделаю столпом в храме Бога Моего, и он не выйдет вон; и напишу на нём имя Бога Моего и имя града Моего, нового Иерусалима, нисходящего с неба от Бога Моего, и имя Моё новое…" (Отк. 3:11, 12).

"Сделаю столпом в храме Бога Моего… напишу на нём имя Бога Моего… имя Моё новое"(!!!) Нужны ли какие-то комментарии, что можно ещё добавить к этим удивительным, столь воодушевляющим и несущим такие обетования словам?!

И сразу после описания столь блистательной победы над Противником, апофеоза, торжества, радости воссоединения – послание к Ангелу Лаодикийской церкви: "Знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден  или горяч! Но как ты тёпл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих. Ибо ты говоришь: "я богат, разбогател и ни в чём не имею нужды"; а не знаешь, что ты несчастен и жалок, и нищ и слеп и наг. Советую тебе купить у Меня золото, огнём очищенное, чтобы тебе обогатиться, и белую одежду, чтобы одеться и чтобы не видна была срамота наготы твоей, и глазной мазью помажь глаза твои, чтобы видеть" (Отк. 3:15-18).

Предельно жёсткие, обличающие, буквально бичующие слова: "жалок, и нищ и слеп и наг… извергну тебя из уст Моих". Единственное послание, в котором нет ни слова (!) похвалы... Почему такие перепады, за что такая внезапная немилость?

Потому, в буквально следующем стихе, объясняет "свидетель верный и истинный, начало создания Божия",[viii] что "кого Я люблю, того и наказываю".

Истинному праведнику, почти святому осталась самая малость: услышать негромкий стук Господа, открыть дверь – растворить какую-то последнюю тонкую, незримую препону в сердце – и принять самого дорогого Гостя.   "Войду к нему и буду вечерять с ним, и он со Мною",  – дружески, беспредельно любя, говорит Он. Отныне и навсегда Христос будет в нём, а он – победивший, сумевший достичь окончательной победы над личным драконом,  – во Христе, воссев  рядом с Ним: "Побеждающему дам сесть со Мною на престоле Моём, как и Я победил и сел со Отцем Моим на престоле Его". Однако перед этим требуется  ВОИСТИНУ возлюбить "Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем крепостию твоею, и всем разумением твоим, И БЛИЖНЕГО ТВОЕГО, как самого себя".[ix] И это и только это позволит ощутить и откликнуться на негромкий, не всегда слышимый сердцем стук Христа, который  означает: "будь ревностен и кайся".[x] Каких бы высот – даже заоблачных! – не достиг, – говорит Он в послании любимого ученика Своего, – как близко от престола Бога не стоишь – не ослепляй глаза свои, не затворяй уши, но улавливай в глубине себя этот слабый стук – будь ревностен и кайся: не почитай себя праведником, но искренне, нелицемерно бичуй себя, изыскивай недостатки, пробелы, несовершенства, беспредельно очищайся, освобождайся от недостойного и улучшайся… И только тогда победишь и сядешь "на престоле Его".

Но послание Ангелу Лаодикийской церкви – последнее в ряду их – имеет и более широкий, обобщающий смысл, обращено и ко всем верующим и ещё не пришедшим к вере, отечески предупреждая и наставляя: на какую бы ступень лестницы в небо, духовного развития ни сумел ты подняться, ни был ты поднят – не обольщайся, не хвались: "я богат, разбогател и ни в чём не имею нужды" –   по сравнению с Ним, ты слеп и срамно наг... Бодрствуй, ревнуй   и кайся: вновь и вновь воспламеняйся, не давая угаснуть пламени духовного  огня. И только тогда (независимо оттого, чего достиг) заслужишь Его любовь, получишь право называться истинным христианином и наследия в Царстве Небесном!"

 

[1] Апокалипсис – это сложное греческое слово, означающее "отбросить завесу", "открыть", "сделать ясным".

[2] О том, что такое возможно для покаявшихся, принявших водное крещение и даже крещение Святым Духом – смотри в книге Дерека Принса "Они будут изгонять бесов".

[i] Отк. 1:9

[ii] Мф. 11:12

[iii] 1 Кор. 2:14

[iv] Отк. 2:8-10, 2 Кор. 4:18, Мф. 10:38,39

[v]  Мф. 28:19

[vi] (От. 3: 1 – 5)

[vii] Мф.19:17

[viii] От. 3:14

[ix] Лк.10:27

[x] (Отк. 3:14, 19-21)

 © 2015, Геннадий Благодарный. Все права защищены. Использование в СМИ любых материалов, размещённых на сайте, разрешается с согласия автора.

Добавить комментарий

Запрещается использование нецензурных и хамских выражений, использование комментариев для рекламных целей.


Защитный код
Обновить

>